Нанкинский договор между Китаем и Англией


29 августа 1842 г. на борту английского военного корабля «Корнуэллис» был подписан неравноправный для Китая англо-китайский договор, названный по месту подписания Нанкинским. Со стороны Великобритании его подписал Г. Поттингер, со стороны Китая — Ци Ин, член императорской семьи И Либу и генерал-губернатор провинции Цзянсу и Цзянси Ню Цзянь.

Суть и содержание Нанкинского договора

Нанкинский договор был результатом военного поражения цинской феодальной монархии, обнаружившей полную несостоятельность и неспособность управлять страной, но не Китая, поскольку сама война носила локальный, экспедиционный характер, и в ней участвовали крайне ограниченные силы. Китайский народ цинские власти преднамеренно устранили от организованного участия в войне. Они с подозрением относились к возникшим на юге страны военизированным обществам «Дунпии гуншэ» («Общество мира на Востоке») и «Шэппин шэеюэ» («Общество изучения становления мира»), которые, выдвигая задачи продолжения борьбы с Англией, одновременно направляли свою деятельность и против маньчжурской династии — виновника поражения.

Нанкинский договор между Китаем и Англией

Навязанный силой Китаю неравноправный договор вызывал возмущение передовой общественности во многих странах. К. Маркс выступил с суровым обвинением британского правительства, называл действия англичан в Китае «пиратской войной».

Он отмечал и коммерческую невыгодность Нанкинского договора для самой Великобритании, насильственный и неравноправный характер которого разрушал экономику Китая и сужал там спрос на английские промышленные товары. «Китаец не может, — писал К. Маркс, — покупать одновременно и товары и наркотик».

Английские дипломаты, пытаясь воздействовать на настроения мировой общественности, подчеркивали «миролюбивый» и «дружественный» характер переговоров и самого договора. В официальном сообщении английского правительства о заключении договора китайского императора назвали «нашим добрым братом». Что же касается правительственных кругов США, Франции и других капиталистических держав, то у них Нанкинский договор вызвал стремление последовать примеру Великобритании и не упустить возможности приобщиться к дележу «китайского пирога».

Подписание дополнительных договоров и деклараций

Даогуан ратифицировал Нанкинский договор без промедлений — 15 сентября 1842 г., а через четыре месяца последовал аналогичный акт в Лондоне, тем не менее английская сторона не торопилась с обменом ратификационными грамотами, который состоялся в Гонконге лишь 26 июня 1843 г. Тем временем под нажимом правительства Великобритании форсированно велись анг­ло-китайские переговоры, закончившиеся подписанием дополнительных документов: Декларации относительно транзитных пошлин (26 июня 1843 г.), Общих правил по регулированию британской торговли в пяти портах (8 октября 1843 г.) и Дополнительного договора (8 октября 1843 г.).

Нанкинский договор и соглашения, заключенные в его развитие, удовлетворяли притязания англичан по всем основным вопросам, остававшимися спорными более 200 лег. Насильственным путем была сломлена торговая изоляция Китая. Пали многие преграды, охранявшие его рынок от наплыва английских товаров. Был сделан решающий шаг в достижении «свободы торговли», которой Англия столь настойчиво домогалась.

Резко расширилась «география» коммерческой деятельности британских фирм и компаний, для которой помимо Гуанчжоу были открыты еще четыре порта — Сямынь, Фучжоу, Нинбо и Шанхай. В этих открытых портах английским подданным разрешалось поселяться, вести торговую деятельность, создавать свои учреждения «без притеснений и ограничений». В них учреждались британские консульства. Консул получал право входить в прямые связи с местными китайскими властями и представлять британскую сторону в торговле и при решении спорных вопросов или конфликтов, возникающих между подданными Великобритании и Китая.

Изменения торговых и экономических отношений

Не менее важным моментом была ликвидация внешнеторговой монопольной системы гунхап. «Поскольку китайское правительство, — говорилось в ст. 5 договора, — принуждало британских коммерсантов, торговавших в Кантоне, вести дела исключительно с определенными китайскими торговцами, которые получили для этого лицензии от китайских властей, император Китая соглашается упразднить этот порядок на будущее время во всех портах, где могут проживать британские торговцы, и разрешить им вести торговые дела со всеми, с кем они пожелают».

В особые условия были поставлены и китайские купцы, торговавшие английскими товарами. Ст. 13 Дополнительного договора обязывала китайские власти выдавать им разрешение для въезда в Гонконг «для покупки товаров» после получения «документов, удостоверяющих уплату пошлины». Еще более важным было то, что для них были созданы поощрительные условия по распространению английских товаров за пределами открытых портов.

На практике указанные положения привели к тому, что вокруг английских торговых фирм быстро возникла клиентура из китайских купцов, игравших роль не только поставщиков и покупателей, но и комиссионеров, используемых для установления коммерческих связей с глубинными районами Китая. В результате сложилась особая купеческая прослойка, чем было положено начало формированию так называемой компрадорской буржуазии, связавшей свою судьбу с иностранным капиталом и сыгравшей крайне реакционную, антинациональную роль во всей последующей истории Китая.

«Свобода торговли» в интерпретации колонизаторов на деле обернулась дли Китая жесткой регламентацией ее режима. Он был лишен суверенного права самостоятельно устанавливать таможенные пошлины на экспортные и импортные товары. В развитие ст. 10 Нанкинского договора, обязывавшей китайское правительство установить твердо фиксированный размер таможенных сборов, Декларацией относительно транзитных пошлин утверждался новый таможенный тариф, который китайская сторона не имела права пересматривать без согласия англичан. По этому тарифу таможенные пошлины были установлены в размере в среднем 5% от цены экспортных и импортных товаров, т. е. понижены примерно в 2—4 раза.

Введение нового тарифа резко сократило таможенные поступления китайской казны. Значительное снижение ввозных пошлин создало для английских товаров весьма благоприятные условия в конкурентной борьбе с аналогичными товарами местного производства.

Проникновение английских товаров в глубинные районы Китая облегчалось и тем, что они были поставлены в особое положение; во внутриторговом таможенном обложении. Согласно ст. 10 Нанкинского договора размер сборов с них при транспортировке во внутренние области не должен был превышать ввозных таможенных пошлин (т. е. по новому тарифу — в среднем 5% от цены). Обложение же лицензиями китайских товаров, масштабы которого весьма часто определялись произволом местных властей, было намного более значительным: иногда оно превышало стоимость самого товара.

Таким образом, преимущества, даваемые Англии ее высоко производительной фабричной промышленностью, обеспечивавшей выпуск более дешевых товаров, дополнялись привилегиями, вырванными британскими колонизаторами у цинского режима. Последний, капитулировав и приняв неравноправные для Китая условия торговли с Англией, нанес тем самым тяжелый урон развитию национальной китайской экономике.

Захват и оккупация острова Гонконг

Одной из целей политики Англии был захват плацдарма для укрепления ее позиций в Китае. В проекте договора, переданном Пальмерстоном Поттингеру, предусматривалось отторжение у Китая «острова или островов у побережья, отчуждаемых навечно». По первоначальному замыслу Пальмерстона таковыми должны были стать острова Чжоушань. Такой же позиции придерживались и агенты Ост-Индийской компании.

По их мнению, острова Чжоушань, расположенные вблизи устья Янцзы, важнейшей торговой артерии Китая, могли бы стать удобным трамплином для дальнейшего продвижения в северные районы страны. Ч. Эллиот, в бытность первым особоуполномочен­ным, высказался за приобретение острова Гонконг, находящегося па подступах к Гуанчжоу — главному центру внешней торговли Китая с западными странами. После ознакомления с обстановкой данное предложение поддержал и Поттингер.

В ходе первой «опиумной» войны англичане, как уже отмечалось, оккупировали Гонконг. Юридически его захват Великобританией (для ремонта судов и создания товарных складов) был оформлен ст. 3 Нанкинского договора: «Ввиду явной необходимости и желательности, чтобы британские подданные располагали каким-либо портом, в котором они могли бы ставить для починки и чинить, если нужно, свои суда и содержать для сего арсеналы. Император Китая уступает Королеве Великобритании остров Гонконг в вечное владение, с тем чтобы он управлялся теми законами и регламентами, какие Королева Великобритании сочтет нужным установить». Мало заботясь о точном соблюдении достигнутой договоренности, англичане превратили Гонконг в свою военную и экономическую базу в Китае.

Суды и проблемы экстерриториальности

Прямым нарушением суверенитета Китая было и решение проблемы экстерриториальности, долгое время служившей источником постоянных конфликтов. Согласно положениям Общих правил регулирования торговли (ст. 12, 13) и Дополнительного договора (ст. 2) 21 был установлен принцип ответственности виновного перед законом своей страны, т. е. провинившийся на территории Китая англичанин должен был отвечать по английским законам и, соответственно, китаец — по китайским. Предусматривалось, что споры и конфликты будут рассматриваться британским консулом и китайскими властями, с тем чтобы они стремились решить дело мирным путем. В случае решения о привлечении к судебной ответственности подданных Великобритании следовало передавать английскому консулу, подданных Китая — местным властям. В то же время полное игнорирование вопроса о процедуре принятия решений в случае несогласия сторон открывало широкое поле для произвола англичан, опиравшегося на «право» сильного.

Денежные контрибуции и вывод войск из Китая

Нанкинский договор (ст. 5), наконец, налагал на Китай денежную контрибуцию в 21 млн. долл., которая должна была быть выплачена в течение трех с половиной лет:

  • 6 млн. долл. — при подписании договора,
  • 6 млн. долл. — в 1843 г.,
  • 5 млн. долл. — в 1844 г.,
  • 4 млн. долл. — в 1845 г.

Общая сумма контрибуции слагалась из следующих платежей:

  • 3 млн. долл. — выплата задолженности организации Гунхан английским фирмам;
  • 12 млн. долл. — возмещение военных расходов Великобритании;
  • 6 млн. долл. — компенсация за конфискованный китайскими властями в 1839 г. опиум.

Поэтапный вывод английских войск из оккупированных ими районов Китая увязывался с уплатой каждого очередного платежа. Так, эвакуация их из Нанкина и района Великого канала должна была состояться после поступления первого взноса (1843 г.), а вывод наиболее крупных контингентов, занимавших остров Гулансюй и острова Чжоушань, — после выплаты последнего взноса (1845 г.).

Неравноправный характер Нанкинского договора (и связанных с ним документов) проявился не только в многочисленности и разнообразии уступок, сделанных Китаем. На их фоне не менее показательным было полное нежелание Англии пойти навстречу китайской стороне в каком бы то ни было вопросе, даже в таком болезненном, как проблема торговли опиумом.

В Нанкинском договоре она вообще не затрагивается. Г. Поттингер постоянно рекомендовал Лондону не брать на себя каких-либо обязательств по прекращению контрабандного ввоза опиума, ссылаясь на то, что производится он не в Англии, а в Индии и экспортируется в Китай не только британскими фирмами, но и компаниями США и других стран. Китайское же правительство, по мнению Поттингера, вряд ли будет издавать новые законы о запрещении завоза опиума, поскольку длительная практика показала бесполезность подобных постановлений.

Позиция Поттингера была одобрена английским правительством, и на переговорах, предшествовавших подписанию Нанкинско­го договора, он, ссылаясь на отсутствие полномочий, уклонился от обсуждения «опиумного» вопроса. Китайская сторона молчаливо санкционировала подобный подход, явочным порядком нарушавший официально сохранявшийся запрет на ввоз опиума.

Нанкинский договор удовлетворил важнейшие требования Великобритании, но далеко не исчерпал всех ее притязаний. Он «открывал двери» только пяти портов Южного и Центрального Китая, северные же и северо-восточные районы страны оставались вне сферы влияния англичан. Не получили они и прямого доступа на бескрайний рынок глубинных провинций Китая. Нан­кинский договор не установил нормальных дипломатических отношений между Англией и Цинской империей. В Пекине не было учреждено британское представительство (даже не в ранге посольства), и официальные связи по-прежнему (правда, в несколько усовершенствованной форме — без посредничества гунханов) осуществлялись через местные органы власти открытых портов. Статус английских поселений в открытых портах был недостаточно определенным, деятельность британских подданных ограничивалась только торговлей, оставались и другие нерешенные вопросы.

Первая «опиумная» война и Нанкинский договор, открыв длительный период экспансии мирового капитализма в Китай, вместе с тем положили начало общественно-политическому движению китайского народа, направленному против колонизаторов. Экономические и социальные последствия этой экспансии, неспособность маньчжурских императоров защитить от нее страну во многом стимулировали подъем в Китае в середине XIX в. антицинской борьбы.