Отношения Китая и Англии накануне второй опиумной войны


Английский деловой мир, заинтересованный в расширении торговли с Китаем, все настойчивее выражал неудовлетворенность результатами первой «опиумной» войны. Недовольство правящих кругов вызывалось упорным нежеланием цинского двора наладить непосредственные межправительственные связи с Лондоном, что лишало англичан мощного рычага давления на Пекин. Положение осложнялось тем, что все пять открытых портов, оказавшихся в зоне, охваченной восстанием тайпинов, на длительное время фактически вышли из-под контроля связанных Нанкинским договорам цинских властей.

Нейтралитет Англии, Франции и США

Благожелательно оценив обещание тайпинских вождей, что в будущем иностранцы в Китае могут свободно и беспрепятственно использовать пароходы, железные дороги, телеграф и другие технические достижения, а также их отказ от наступления на Шанхай и от связей с местными повстанцами, руководимыми «Обществом малых мечей», Англия наряду с Францией и США, как уже отмечалось, объявила о своем нейтралитете в отношении войны тайпинов с цинской монархией, рекомендуя, однако, своим дипломатам бдительно наблюдать и изучать фактическое положение дел в Китае. Политику декларируемого «нейтралитета», однако, как показали дальнейшие события, Лондон считал для себя обязательной лишь в том случае, если правительство тайпинского государства подтвердит все односторонние привилегии, полученные Великобританией по неравноправным договорам. Подобное понимание нейтралитета с полной ясностью определилось уже при второй встрече Дж. Бонхэм а с представителями тайпинского правительства Вэй Чапхуэем и Ши Дакаем в мае 1853 г. Как только тайпинские представители при обсуждении конкретных вопросов уклонились от подтверждения односторонних условий неравноправных договоров, Бонхэм немедленно перешел на позиции «враждебной стороны». Его возмутил сам тон тайпинских представителей, которые вели с ним переговоры как равные с равным. Не добившись от тайпинов никаких заверений относительно выполнения условий прежних договоров, Бонхэм направил им письмо, в котором говорилось: «Китаем разрешена торговля в пяти портах и если нашей торговле будет нанесен ущерб, с чьей бы стороны это сделано ни было, мое государство санкционирует применение войск».

Отношения Китая и Англии накануне второй опиумной войны

Увеличение иностранного контроля в Китае

Нейтралитет таким образом обернулся открытым ультиматумом. Шанхайские события убедительно показали, что ни Англия, ни другие западные страны не обращались к местным властям (будь-то повстанцы или цинский даотай) с просьбами о защите их интересов и решение всех вопросов брали на себя. К тому же, воспользовавшись ситуацией, западные державы постарались выйти за рамки существовавших договоров и присвоить себе дополнительные права и привилегии.

Так, по инициативе английского консула после разгрома повстанцами шанхайской таможни наблюдение за выплатой таможенных сборов иностранцами взяли на себя консулы держав, которые стали принимать от коммерсантов долговые обязательства, фактически избавляя их от уплаты пошлин. Надеясь в ответ получить помощь западных стран в подавлении восстания «Общества малых мечей», шанхайский даотай У Чжэнчжан 27 июня 1854 г. дал согласие на то, чтобы английский, французский и американский консулы назначили своих представителей в таможенное управление. Этим актом было положено начало установления иностранного контроля над таможней Китая. В следующем, 1855 г. состоялось официальное назначение постоянного инспектора, первым из которых был английский вице-консул в Шанхае Г. П. Лэй, формально перешедший на китайскую службу.

Одновременно с установлением контроля над таможней англичане в союзе с французами и американцами при молчаливом согласии пинских властей полностью обособили иностранный сеттль­мент в Шанхае. Он стал управляться представителями трех держав, возглавляемыми англичанином. Территория сеттльмента была исключена из-под китайской юрисдикции, в нем были учреждены иностранная полиция, суд и прочие органы, обеспечивавшие экстерриториальность иностранцев, хотя никаких официальных соглашений по этим вопросам заключено не было.

Подобные действия английского консула (как и его французского и американского коллег) точно отражали общую тенденцию политики держав в отношении Китая с начала 50-годов. Торговые, военные, дипломатические круги Англии настойчиво добивались от своего правительства решительных действий, нового нажима на Китай с целью пересмотра действовавших договоров и приобретения более широких прав и привилегий.

Политика «нейтралитета» проводилась лишь в первые годы тайпинского движения, когда обстановка была еще не ясна и было трудно определить, какая из враждующих сторон будет более податлива в предоставлении новых льгот и привилегий. Однако уже в 1854 г. британские дипломаты располагали достаточной информацией для того, чтобы уяснить опасность для колонизаторов развернувшегося в Китае мощного крестьянского движения, победа которого упрочила бы национальный суверенитет и усилила сопротивление иностранному вторжению.

Кампания за пересмотр договоров с Китаем

В то же время крупные успехи правительственных армий под командованием Цзян Гофаня в начале 1854 г. в Центральном Китае, подавление шанхайского восстания и восстановление цинской власти в других открытых портах склонили Лондон к решению активизировать свои отношения с Пекином, чтобы вырвать у него «законные» уступки.

В Англии развертывается широкая кампания за пересмотр китайских договоров. Поскольку в них не содержалось каких-либо юридических оснований для их пересмотра, Лондону пришлось прибегнуть к юридически необоснованным ссылкам на договоры Китая с США (июль 1844 г.) и Францией (октябрь 1844 г.), имевших 12-летний срок действия.

Требование о пересмотре Нанкинского договора

Используя указанный предлог, правительство Великобритании выдвинуло требование о пересмотре Нанкинского договора в 1854 г.

Проведение курса, предусматривавшего переход от политики нейтралитета к активным действиям для приобретения еще больших прав и привилегий в Китае, министр иностранных дел Великобритании лорд Кларендон возложил на нового генерал-губернатора Гонконга и особоуполномоченного Англии в Китае Дж. Боурнига, заменившего в апреле 1854 г. инициатора политики нейтралитета Бонхэма.

Боурингу поручалось, ссылаясь на американо- и франко-китайские договоры и принцип наибольшего благоприятствования (дающий право воспользоваться всеми льготами, предоставленными другим странам), потребовать от правительства Китая пересмотра (в 1854 г. истекало 12 лет со времени его подписания) Нанкинского договора и новых уступок:

  1. разрешить англичанам доступ во все провинции и города на побережье Китая;
  2. предоставить им право свободного плавания по реке Янцзы, открыть для торговли Нанкин, Чжаньцзян, Ханчжоу и Вэньчжоу;
  3. легализовать торговлю опиумом;
  4. отменить внутренние пошлины (лицзинь);
  5. согласиться на пребывание английского посла в Пекине.

Кроме того, Боуринг должен был добиться согласия на установление регулярной связи между английским послом и китайским правительством, и предоставления послу права входить в непосредственные сношения с генерал-губернаторами провинций, а также договориться о том, чтобы английский текст договора считался определяющим.

Совместные переговоры с Пекином

В связи с началом Крымской войны Боуринг был лишен возможности продемонстрировать британскую военную мощь, и поэтому английской стороне представлялось более целесообразным предъявить цинскому правительству требование о пересмотре договоров совместно с Францией и США.

Перед началом переговоров Боуринг в конце июня — начале июля 1854 г. предпринимает поездку в Нанкин для окончательного определения позиции Англии по отношению к тайникам. Его встреча с тайпинскими руководителями не дала положительных результатов, и он приступил и выполнению данных ему инструкций. Однако первые его попытки установить контакты с Пекином (через генерал-губернаторов Гуандуна и Фуцзяни) окончились неудачей.

К этому времени представители Франции и США А. Бурбулон и Маклейн получили от своих правительств указания поддержать требования Великобритании. 28 августа они встретились в Гонконге с Боурингом и приняли решение о совместной поездке в Пекин.

В Шанхае три посланника имели встречи (30 сентября и 3 октября) с наместником провинции Цзянсу маньчжуром Гирканой, который также отказывался выступить в роли посредника, ссылаясь на то, что император выехал из Пекина в Маньчжурию, и рекомендовал представителям держав вернуться в Гуанчжоу для переговоров с генерал-губернатором Гуандуна Е. Миишу.

Не желая отказываться от своих намерений, посланники предложили Гиркане уведомить императорский двор об их выезде к устью Байхэ. 10 октября Боуринг и Маклейн со своими свитами, каждый на отдельном судне под своим флагом, вышли из Шанхая.

Прибыв к устью Байхэ 15 октября, посланники после нескольких дней ожидания были приняты Вэнь Цином и Чун Луном, чиновниками невысоких рангов, пояснившими, что имеют полномочия лишь ознакомиться с пожеланиями представителей держав, но не обсуждать их. Затем они заявили Боурингу, что требования Великобритании о пересмотре договоров на том основании, что истекает срок китайско-американского договора, необоснованны и приняты быть не могут. Маклейну представители китайской стороны указали на шаткость его юридической аргументации, поскольку в китайско-американском договоре предусматривалось внесение через 12 лет лишь незначительных улучшений, а вовсе не таких значительных изменений, которые сейчас предлагаются.

Отказываясь вступить в конкретные переговоры, Вэнь Цин и Чун Лун настойчиво убеждали посланников отказаться от поездки в Пекин в силу се полной бесперспективности.

Боуринг и Маклейн, не имея возможности воспользоваться методом вооруженного давления, вынуждены были безрезультатно вернуться на юг. В докладах своим правительствам все три посланника утверждали, что пересмотр договоров возможен лишь путем демонстрации военной силы.