Кубинцы


Изучение истории кубинской семьи находится на начальной стадии. До сих пор не опубликовано ни одной монографии по этой проблеме. Тем не менее существуют устоявшиеся представления о происхождении и эволюции семьи на Кубе. Известный кубинский историк X. Потрони Гарсиа в очерке об истории семьи на Кубе от конкисты до наших дней разделяет точку зрения американского антрополога Л. Нельсона, который считал, что в генезисе кубинской семьи приоритет принадлежит испанской традиции. В колонию была перенесена патриархальная структура семьи с доминирующим авторитетом отца, с жесткой дифференциацией мужских и женских ролей, с патрилокальностью брака и т.п.

Испанская семейная традиция на Кубе

В том, что испанская семейная традиция была продолжена на Кубе, нет ничего удивительного. С XVI по XVIII в. испанцы и их потомки местного происхождения представляли господствующую и численно преобладающую часть населения колонии. Испанские законы, в том числе испанский гражданский кодекс, ставивший жену в полную зависимость от мужа без права распоряжаться имуществом, приобретенным в браке, без права работать по найму без согласия мужа и т.д., легли в основу всей колониальной жизни. Медленное социально-экономическое развитие колонии способствовало консервации унаследованного от Испании средневекового семейного уклада.

кубинцы

Однако было бы ошибочным видеть в кубинской семье лишь прямое продолжение исходной испанской модели. Сильно отличавшиеся от испанских условия жизни в колонии оказывали на сферу семейных отношений постоянное воздействие, настолько же противоречивое, насколько противоречивой была сама действительность. Достаточно вспомнить, что институт рабства негров получил здесь развитие внутри плантационной системы, носившей черты капиталистической экономики. В результате семейные отношения на Кубе отходили от тех канонов, по которым развивалась семья в Испании. При этом дольше всего старые патриархальные устои сохранялись в семьях имущих слоев населения. Об этом говорят разрозненные свидетельства бытописателей и путешественников, относящиеся к XIX в. Оберегая свои расово-социальные привилегии, представители белой прослойки стремились сохранять чистоту родословной и эндогамию внутри группы аристократии, земельных собственников, чиновников, владельцев ремесленных и торговых предприятий. Они жестко регламентировали свободу жен, в большой строгости держали дочерей. Известный знаток нравов и обычаев Кубы середины XIX в. X. Гарсиа де Арболейра писал: „ …прекрасный пол отличен в наших городах тем, что женщине не позволяют выходить днем без экипажа, исключая праздничные дни, если церковь близко… Та, которая не имеет коляски, живет с восхода и до захода солнца в постоянном уединении”. Примечательно, что попавший на Кубу в 1853 г. уроженец Колумбии, в которой социально-расовая структура общества из-за ограниченного ввоза рабов была иной, крайне удивлялся тому, что среди пешеходов на улицах Гаваны редко можно встретить женщин: „Я никак не мог объяснить эту странность: то ли причина в силе здешнего климата, то ли в плохих тротуарах, — факт, однако, в том, что это не случайность, а местная особенность”.

Отступления от общих правил среди элиты

Но и среди колониальной элиты со временем обнаруживались различные отступления от общих правил старорежимного семейного этикета. В XVIII столетии этому, в частности, способствовало проникновение в Латинскую Америку идей просвещения. В семьях владельцев плантаций немало было случаев, когда женщины брали воспитание и дальнейшее устройство детей в свои руки, умело пользовались правом первородства, наследуя имущество и титул, иногда даже выходили замуж за представителей других расовых групп.

У представителей низших слоев населения сама жизнь отвергала старые нормы. Многие семьи возглавляли здесь женщины, которым приходилось своим трудом добывать средства существования.

В начале XIX в. за счет интенсивного ввоза рабов „цветное” население превысило по численности белую группу. Это соотношение держалось долгое время, став важным фактором формирования кубинского этноса.

Влияние института рабства негров

X. Потрони Гарсиа в упомянутой статье фактически обходит вниманием вопрос о влиянии института рабства негров на формировавшуюся кубинскую семью. Он ограничивается известным доводом о том, что в своей первоначальной форме африканская семья не смогла пересечь Атлантический океан и что негры рабы оказались лишенными возможности создать на Кубе новую полноценную семью, в силу чего в их среде получили широкое распространение свободные сексуальные связи и пережитки полигамии (в числе причин дестабилизации брачных союзов негров называют также высокий коэффициент маскулинности, минимальное влияние церкви и др.). О том, как отразилась создавшаяся ситуация на модели семьи белых и мулатов, у кубинского историка ничего не сказано.

Однако нужно учитывать не только влияние на рабов условий их существования и зависимости от белых, но и обратный процесс — широкие контакты с рабами также влияли на нормы жизни белых и в сфере межрасовых отношений.

Многие рабы жили в домах хозяев, и последние принуждали к сожительству своих черных служанок. Плантационное рабство, по существу, вызвало к жизни известный с исторических времен институт наложниц. Естественно предположить, что, заботясь о потомстве, рабыни и свободные мулатки сами проявляли готовность вступать в связь с белыми, поскольку по мере снижения доли негритянской крови повышались возможности занять более высокую ступень в социальной иерархии колониального общества. Большинство мулатов рождалось вне брака. По заключению кубинской исследовательницы В. Мартинес-Алиер, на протяжении большей части XIX в. внебрачное сожительство было нормой межрасовых связей белого и „цветного” населения.

Таким образом, этика брачно-половых отношений на Кубе испытала прямое воздействие института рабства и расово-социальной структуры общества. И если верно, что негритянская семья частично унаследовала традиции, выработанные в период рабства, то в какой-то мере подобное утверждение можно отнести к кубинской семье в целом.

Ко времени отмены рабства (1886) семьи разных слоев населения отличались по составу, функциям, внутрисемейным отношениям, нормам добрачного поведения и т.д., но можно говорить и о некоторых общекубинских закономерностях. Несмотря на аграрный характер экономики, немалая часть кубинцев проживала в поселениях городского типа, где были условия для развития малой семьи, получившей на Кубе как в переселенческой стране распространение в самом начале колонизации. Малая (нуклеарная) семья, состоящая из одной брачной пары или одного из родителей с неженатыми (незамужними) детьми, со временем расширялась, но до известных пределов. Можно предположить, что из-за раннего возникновения городов и товарно-денежных отношений (города в Латинской Америке, как известно, закладывались раньше, чем начиналось освоение сельской зоны) традиция многопоколенных, разветвленных семей, ведущих общее хозяйство и живущих под одной крышей, получила на Кубе ограниченное развитие.

Образование вторичных нуклеарных семей

Образование вторичных нуклеарных семей, выделявшихся из лона расширенных, и более сложных семей, обеспечивалось наличием неосвоенных земель, а в дальнейшем — парцеллизацией семейных наделов.

Рост латифундий и расширение сахарного производства во второй половине XIX в. сопровождались процессом массовой пролетаризации крестьян, превращения семьи в поставщика свободной рабочей силы, что в целом увеличивало число простых по форме семей. Разные подтипы сложной семьи дольше сохранялись у наиболее зажиточных и у беднейших групп населения. В обоих случаях решающее значение имели не экономические интересы, а материальные условия, позволяющие одним строить большие дома и вынуждавшие других ютиться в тесноте по нескольку родственных семей. Устойчивость больших семей в наиболее пролетаризированных группах черного и цветного населения страдала от конфликтов и от интенсивной миграции рабочей силы, связанной с сезонностью сельскохозяйственных работ и с деформациями капиталистического развития.

Процесс нуклеаризации семьи, т.е. обособления малых семей, ускорился в неоколониальный период (с начала XX в.), отмеченный североамериканским влиянием на экономику псевдонезависимой республики. Иную базу и дополнительные стимулы феномен нуклеаризации семьи получил с победой революции 1959 г. Становление новых форм хозяйства, гарантировавших участие в общественно-полезном труде и экономическую самостоятельность брачных пар, содействовало их отделению от родительских семей.

Размер семьи у кубинцев, детность

С эволюцией структуры семьи от сложной к простой происходит уменьшение ее размера. На Кубе средний размер домохозяйства (nuclco ccnsal — единица учета в переписях) снизился с 4,8 человек в 1953 г. до 4,4 — в 1970 г. и 4,1 — в 1981 г., что отражает тенденцию уменьшения размера семьи, несмотря на неадекватность понятий домохозяйства и семьи. Разрыв в показателях размера домохозяйств для городской и сельской зон (в 1981 г. они составляли соответственно 4,0 и 4,4) был менее выражен, чем для крайних полюсов социально-экономического развития страны — западного и восточного (3,8 и 4,6).

Участвуя в изучении традиционной культуры сельского населения Кубы в нескольких полевых сезонах периода 1983—1987 гг. в составе совместной советско-кубинской этнографической экспедиции (с чем связано преимущественное внимание в работе к сельской семье), автор наблюдала быстрые темпы жилищного строительства на селе. Разного рода кооперативы и госхозы помогают отдельным семьям сельскохозяйственных рабочих в приобретении участка и материалов для индивидуальных домов. Но основная часть нового жилого фонда возводится массовым путем но нескольким типовым проектам. Такие дома предназначены для одной семьи, и в них переселяются преимущественно молодые пары.

Перемены, происходящие в сельской зоне в связи с коллективизацией и массовым жилищным строительством, повлияли на общие показатели прироста новых домохозяйств, на сокращение их размера и снижение в этом смысле сельско-городских различий.

Внутри сохраняющейся, но все более узкой категории мелких землевладельцев отделение молодых семей происходит традиционным путем, но лишь отчасти. По новому законодательству земельная собственность наследуется только теми из детей, кто при жизни владельца земли занимался ее обработкой. Размеры семейного надела ограничивают число помощников, будущих наследников. Практически им становится один сын. Для остальных детей работа на семейной финке (усадьбе) потеряла перспективу, в то же время для них расширялись возможности учебы и трудоустройства в общественном секторе в том же или более удаленном поселке, но особенно в городах. Даже в тех случаях, когда женатые дети остаются жить на отцовской финке, они порывают с крестьянским трудом, что ведет к их большей самостоятельности.

Сокращение размеров семьи

Механизм сокращения размеров семьи состоит не только в почковании, но и в уменьшении числа детей в современных семьях. Падение рождаемости на Кубе заметно ускорилось в последние два десятилетия. Если сразу после революции произошло нечто вроде демографического взрыва, пик которого был отмечен в 1968 г., когда на каждую 1000 жителей пришлось 35 новорожденных, то вскоре этот показатель стал быстро снижаться, составив к 1988 г. 18 и приблизившись к отметке высокоразвитых стран (США — 15,5).

Оба эти процесса — нуклеаризация и сокращение рождаемости — оказываются тесно связанными между собой, поскольку отделение женатой пары от родителей ослабляет зависимость от старых представлений и облегчает переход к новым стандартам поведения, чутко реагирующим на общественные сдвиги. В этом смысле снижение рождаемости и норм детности в развивающихся странах обычно увязывают с действием таких факторов, как индустриализация и урбанизация, повышение образовательного уровня, улучшение медицинского обслуживания (по части обеспечения населения контрацептивными препаратами), совершенствование средств коммуникации и массовой информации. Указанные изменения стали частью социальных преобразований на Кубе. Хотелось бы подчеркнуть роль таких новых факторов, как предоставление женщинам равных с мужчиной конституционных прав и массовое вовлечение женщин в общественное производство и учебу. Эти новые для Кубы явления не замедлили сказаться на снижении темпов воспроизводства населения. Повышение социального статуса женщин во всем мире становится фактором сокращения рождаемости и социально-психологической переоценки предназначения женщины. А последние традиционно на Кубе и во всей Латинской Америке ограничивались замужеством и материнством; вне собственного дома преимущественными занятиями женщины были домашняя прислуга и проституция. В 1953 г. женщины составляли только около 10% рабочей силы (17% всего женского населения); 70% работающих кубинок числилось в прислугах. В сельской зоне женщины редко работали по найму. На волне революционного подъема, активизировавшего движение за женскую эмансипацию, престиж домашней работы снизился в пользу общественно-профессиональных занятий.

Изменение традиционной модели многодетной семьи

Опережающими темпами изменение представлений и традиционной модели многодетной семьи происходит в городах, где женщины занимают все более прочные позиции в общественном производстве и общественной жизни. Они работают или учатся (иногда одновременно), участвуют в добровольных отработках, совмещая это с домашними заботами, которые теперь начинают рассматриваться под иным углом зрения, не только как чисто женские.

Другим условием пересмотра взглядов на семью и осознания необходимости планировать деторождение стало изменение экономической функции семьи. Не только в городах (городское население составляет 66%), где центр производственной деятельности окончательно переместился в общественный сектор, но и в сельской зоне в среде сельскохозяйственных рабочих, не имеющих личного хозяйства, семья перестала быть единицей материального производства, оставаясь единицей потребления. Экономическая функция ее по-прежнему направлена на обеспечение материальных основ, и по мере роста благосостояния потребности семьи увеличиваются. Соответственно отпадают заинтересованность в расширении размеров семьи и установка на многодетность.

Даже среди крестьян — мелких производителей, по нашим наблюдениям, число детей повсюду уменьшается. Семьи крестьян втянуты в орбиту общих социально-экономических изменений, в том числе через молодое поколение, частично или полностью порвавшее с работой на финке. У пожилых, неграмотных и малограмотных родителей число детей достигало более семи-десяти, у родителей среднего возраста, имеющих, как правило, шести¬семилетнее образование, детей почти вдвое меньше. Самые молодые домохозяйки, которые нередко имеют образование в пределах средней школы (9 классов), считают, что в семье должно быть не больше двух-трех, максимум четырех детей.

В городской семье малодетность утверждается повсеместно и вполне сознательно, как явствует из бесед с кубинками. Одна из них, темнокожая горничная в пригороде Гаваны по имени Дора, ждала второго ребенка. Сама она выросла в многодетной семье, очень любит детей и хотела бы иметь шестерых, но, учитывая ограниченные материальные возможности семьи (муж был трижды женат, от каждой жены у него дети, которым должен помогать, к тому же выпивает), решила, что может себе позволить только двух детей — „двух и ни одним больше”. На вопрос, почему же раньше бедные семьи имели много детей, хотя их родители не могли не сознавать тяжесть условий своей жизни, Дора ответила без колебаний: „Потому что у них не было противозачаточных средств”, — что отчасти верно. Родная бабушка, дожившая до 92 лет, рассказывала ей о способах, к которым женщины прибегали для предупреждения беременности и изгнания плода. По словам Доры, это было варварство и редко помогало. Попутно отметим, что Дора узнала от бабушки множество секретов народной медицины и народных преданий, за что городские знакомые называют ее almacena („кладезь”).

Рост образования отражает социальные изменения более широкого характера. Этим объясняется наличие четкой обратной зависимости (данные начала 80-х годов) детности от образовательного ценза матери („по отцу” такие данные статистикой не учитываются). Среднее число детей на женщину 15—49 лет округленно составляло: без образования — 4; неоконченное начальное образование — 3; оконченное начальное образование — 2; среднее — 1; высшее — 1.

Характерно, что расовые различия слабо влияют на средний показатель детности матери (для белых он несколько ниже нормы, а для негритянок и мулаток чуть выше).

С низким образовательным уровнем, по заключению кубинских социологов, работавших на острове Хувентуд, связано и раннее материнство.

Типологические изменения

Отмеченные выше процессы отразились на типологии кубинской семьи, о чем свидетельствуют данные последней переписи 1981 г. по составу домохозяйств. Пользуясь терминологией переписи, отметим, что из всего числа домохозяйств наибольший процент соответствует так называемым базовым (т.е. образованным нуклеарной семьей) — 53,7 и расширенным (в которых живут семьи из более чем двух поколений родственников по прямой линии) — 32,5. Наименьшую долю составляют униперсональные (одноличные, из одного лица) 9,1% и сложные (связывающие нуклеарную семью с боковыми родственниками и их семьями) — 4,7%.

Таким образом, более половины всех семей принадлежат к нуклеарному типу, при этом подавляющая их часть относится к подтипу полной нуклеарной семьи. Среди неполных семей, не имеющих одного из родителей, преобладают матрифокальные.

Общее число неполных семей, в которых дети растут без отца, по переписи определить нельзя. Социологические же исследования показывают, что проблема матрифокальной семьи на Кубе, как и во многих странах Карибского региона, весьма актуальна, хотя и имеет здесь определенную специфику. Около половины женщин, официально попадающих в категорию матерей-одиночек, не могут считаться таковыми, поскольку живут в браке, хотя он не зарегистрирован. Кроме того, расставшаяся с мужем женщина обычно возвращается в родительский дом. Один из часто встречающихся вариантов расширенной семьи включает полную или неполную нуклеарную семью плюс разведенную дочь с ребенком. Реже после распадения брака женщина, покидая дом свекра, оставляет детей отцу, будучи не в состоянии их обеспечить и учитывая привязанность ребенка к семье, в которой он родился и рос. Тогда в расширенной семье место разведенной дочери занимает сын с ребенком.

Из двух подтипов расширенной семьи преобладает однолинейная (по кубинской терминологии — расширенная) в нескольких ее вариантах, отличающихся количеством поколений, их полнотой и составом. Например, в одном из случаев трехпоколенной семьи частично или совсем отсутствует второе звено: ребенок живет без родителей, у бабушки с дедушкой. Многолинейные семьи не характерны для современного периода, хотя пережиточно бытуют и они.

Современное развитие семьи на Кубе

Как показывает анализ фактического материала, в целом развитие семьи на Кубе идет в общем для многих стран русле — в сторону уменьшения состава и упрощения формы. Важно иметь в виду и другое: неразделенные семьи, которые кубинская статистика подразделяет на расширенные и сложные, существенно отличаются от архаичной патриархальной семьи, по-скольку взрослые их члены в подавляющем большинстве зарабатывают самостоятельно, независимо от главы семьи, и это значительно ослабляет экономическое единство и иерархию внутри таких семей.

Сокращается абсолютное и относительное число братских семей, а также число дополнительных родственников по прямой или боковой линии в неразделенных семьях.

Обращает на себя внимание и тот факт, что вопреки распространенным представлениям расширенная семья имеет большее распространение в городах, чем в сельской местности. В этом убеждают нас данные переписи, приведенные выше, что не противоречит чуть меньшим средним размерам городской семьи, чем сельской.

кубинская семья и молодые пары

Отделение молодой пары и жилищные условия

Отделение молодой пары в сельской местности происходит в более короткие сроки, чем в городах, что связано с возможностями решения жилищной проблемы. В сельской зоне строительство дома из традиционного подручного материала не требует больших затрат времени и денег. Сейчас положение усложнилось, но все же проблема жилья не стоит на селе так остро, как в городе, где она усугубляется миграционным движением из сельской зоны в город.

Большой дом с обязательной залой-гостиной, несколькими спальнями, столовой и кухней — все более типичный для сельских жителей Кубы — позволяет простой и сложной семьям размещаться свободно, тем более что с родителями проживают не все дети. Часть детей живет в школах-интернатах, учащиеся специальных курсов — в общежитии в городе или областном центре, молодые призывники — в армии.

В то же время необходимость для большой части молодоженов на первых порах или дольше жить вместе с родителями представляет одну из причин резко участившихся в последние десятилетия разводов: с 1957 по 1981 г. индекс разводов подскочил в 10 раз — с 0,3 до 3,3 18. В настоящее время на Кубе соотношение числа браков и разводов одно из худших в мире.

По единодушному мнению опрашиваемых, у невестки, переселяющейся в дом мужа, бывают более напряженные отношения с его родителями, чем у зятя, живущего в доме жены, с тестем и тещей. В данном случае можно усмотреть отзвуки обычая избегания, характерного для обществ с высокой ролью патрилокальной семейной общины. В беседах с нами, разумеется, не многие признавались в существовании семейных конфликтов, но некоторые характерные сюжеты кубинского фольклора рассказывают как раз о ситуации, когда невестка испытывает отчужденность в отношении к свекру.

В сельской зоне расширенные семьи менее долговечны, чем в городе. Женатые дети (чаще сын с невесткой) проживают с родителями временно, до тех пор пока смогут построить или купить дом. В то же время традиция совместного проживания новой семьи с родителями поддерживается распространенностью ранних браков. Случаи вступления в брак в 15—16 лет нередки. По новому кодексу 1975 г. для вступления в брак требуется достижение 18-летнего возраста, но допускаются исключения для девушек с 14 лет и юношей с 1619 с учетом сложившейся практики. Преодолеть устоявшийся обычай законодательным путем оказалось непросто. По данным современных социологических обследований, брачность в раннем возрасте, когда отсутствуют соответствующие материальные и психологические условия стабильности семьи, входит в число главных факторов разводов.

До революции ранние браки наряду с экономическими причинами объяснялись стремлением молодежи освободиться из-под тяжести родительской опеки. В наши дни они связаны отчасти с противоположным обстоятельством — ослаблением контроля за поведением подростков. Только в 80-е годы с повышением образовательного уровня и занятости молодежи в общественном производстве наметилась тенденция к некоторому повышению нижнего порога брачного возраста.

В отношении сложных семей, которые, по определению кубинских социологов, могут состоять из одной и более базовых (нуклеарных) семей и родственников по боковой линии или даже из двух персон, связанных родством по боковой линии, напомним, что, насчитывая в целом менее 5%, они также в большей степени присущи городу, чем селу. Один из механизмов их образования связан с переездом молодых людей в город, в семью женатого брата, шурина или дяди.

Нельзя забывать и о том, что грань между расширенной и нуклеарной семьями весьма подвижна и тип одной и той же семьи со временем меняется. По типичной схеме нуклеарная семья первоначально ответвляется от родительской, а на этапе своей зрелости снова трансформируется в расширенную, вобрав в себя семью вступившего в брак сына или дочери. Расширение нуклеарной семьи происходит и другим путем, например в случае воссоединения ее с разведенными детьми или с одним или обоими престарелыми родителями. Отмечая специфику локальных социодемографических условий на острове Хувентуд, В.В. Пименов писал, что в силу быстрого миграционного роста населения за счет молодых возрастов обычные для Кубы ненуклеарные семьи встречаются там особенно часто. Однако в последние годы этой тенденции противостоит другая — воссоздание семей расширенного типа за счет притягивания туда родственников, в особенности родителей… Достигнув некоторого критического предела, семья широкого состава снова делится”.

К типологическим изменениям следует отнести переход от патрилокальности к билокальному и неолокальному бракам. До революции этому способствовали процессы, связанные с развитием капитализма: становление рабочего класса, пролетаризация крестьянства, миграции в города. В наше время подрыв патрилокальной системы обусловлен дальнейшей урбанизацией, а также обобществлением земли и производственной деятельности в сельском хозяйстве.

В то же время в отличие от городского образ жизни сельских жителей более консервативен и привержен остаточным явлениям патриархального быта. В целом патрилокальный брак на Кубе поддерживается традицией, присущей кубинскому этносу генетически, поскольку он сформировался на аграрной основе, и на современном этапе развития страны ее еще нельзя отнести к урбанизированным обществам Запада.

Комментарии и вопросы
Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован.


*


*

code