Открытие Гренландии


Атлантический океан, который в наши дни является большой дорогой судоходства, в давние времена представлял собой непреодолимую водную пустыню между Востоком и Западом. В трех местах, однако, географические условия благоприятствовали пересечению океана. По обе стороны экватора пассаты и вызываемые ими течения направлены от Старого Света к берегам Южной Америки и Вест-Индии. Благоприятные для судоходства водные пространства, лежащие южнее экватора, никогда не использовались сколько-нибудь существенно: народы Африки находились на слишком низкой ступени развития для того, чтобы освоить их. Использование для судоходства вод, лежащих севернее, связано с именем Колумба. Воды, расположенные по линии, проходящей через Фарерские острова, Исландию и Гренландию, были использованы для судоходства раньше всех других, Скандинавские страны взрастили поколение моряков, которое первым из народов Европы преодолело опасности открытого океана. Правда, это не привело к таким практическим результатам, как открытие Колумба, и именно потому, что европейская культура в те ранние времена еще недостаточно созрела, чтобы справиться с серьезной опасностью судоходства в северных морях.

Таким образом, географическое положение Гренландии является причиной того, что эта страна попала в поле зрения Европы более чем за пять столетий до того, как Колумб высадился в Америке. Открытие Гренландии является естественным звеном морских походов во времена викингов. Первый период этих походов относится ко времени около 800 г. За короткий отрезок времени это повело к созданию скандинавских владений от Ирландии и Нормандии вплоть до сердца России; викинги проникли до Белого моря и Константинополя. После объединения Норвегии осуществилось открытие Исландии. Вслед за этим почти одновременно появились первые, еще неточные сведения о Гренландии. Согласно старому исландскому письменному источнику «Ланднамабок», уже тогда (около 875 г.) Гренландию видел издали «Гунбьёрн, сын Ульфа Краке, когда он был заброшен бурей к северо-западу от Исландии и открыл острова Гунбьёрна». По-видимому, речь шла о группе мелких островов поблизости от современного торгового пункта Ангмагсалик.

Открытие Гренландии Эриком Торвальдсеном (Рыжым)

Вслед за относительно спокойным десятым столетием искра предприимчивости внезапно разгорелась вновь. На севере был найден путь к Гренландии и Винландии. Крестьянин Эрик Торвальдсен, по прозванию Рыжий, который в детстве вместе с отцом переселился со своей родины Норвегии в Исландию, где был в 982 г. осужден за убийство к изгнанию на три года, решил разыскать страну, которую Гунбьёрн увидел издали. От мыса Снефелснес он взял курс на запад и увидел восточное побережье Гренландии «у среднего глетчера в том месте, где он носит название Блосерк»; природные условия, по-видимому, воспрепятствовали высадке в этом месте, где побережье в течение большей части года совершенно блокировано плавучими льдами. Тогда он изменил курс к югу, для того чтобы выяснить, пригодна ли там земля для обитания, и, обогнув мыс Фарвель, высадился, по-видимому, в районе теперешнего поселения Юлианехоб, около южной оконечности острова. Это был первый белый человек, вступивший на землю Нового Света! Он дал стране название Гренландия, так как считал, что это привлечет людей, если страна будет иметь привлекательное название», — так сообщалось через полтораста лет в наиболее старом источнике об открытии Гренландии — в книге Аре Фроде «Ислендингабок». Эрик намеревался приобщить новое звено к цепи широко раскинутых поселений скандинавов и использовал свои три года изгнания для подробных исследований, распространившихся на более северную территорию, вплоть до теперешнего района Готхоб.

открытие Гренландии

Первые поселения в Гренландии

В следующее лето после возвращения в Исландию он вновь направился в плавание, имея в кильватере не менее 25 судов, из которых, однако, только 14 достигли обетованной земли. Поселенцы обосновались в двух районах — Естербюгден (восточное поселение) и Вестербюгден (западное поселение); первое из них находилось в районе теперешнего Юлианехоба и южной части округа Фредериксхоб, второе — в теперешнем округе Готхоб.

Поселенцы вели суровую жизнь в этой стране, где не созревает даже неприхотливый ячмень. Борьба скандинавов за существование привела к тому, что они постепенно ознакомились с окрестностями поселений, причем эти познания впоследствии были забыты и восстановлены лишь в XVIII столетии.

Изучение скандинавами Гренландии в большей своей части является результатом летних поездок с целью сбора плавника (драгоценного в этой безлесной стране) и охоты за тюленями, моржами и китами. Места промысла простирались на север вплоть до залива Диско. Некоторые промышленники достигали еще более северных мест. На крайнем севере, в районе теперешней колонии Упернавик, близ каменных пирамид на острове Кингигторсуак, найден небольшой камень с руническими письменами. Судя по языковому строю, подпись относится приблизительно к 1300 г.

Возможно, что норманны проникли еще дальше. Один из исландских источников сообщает о путешествии для исследования страны к северу от промысловых мест летом 1265 г. или 1266 г. Как далеко проникли исследователи, невозможно установить, так как отсутствует возможность определить указанные в книге расстояния; однако не исключена возможность, что исследователи достигли залива Мелвилла. Но мало этого. В самой северной части района Туле, у залива Маршалла, между проливом Смита и ледником Гумбольдта, при раскопках древних эскимосских развалин найдены различные предметы скандинавского происхождения, в том числе остатки кольчуги. Вполне возможно, что эти предметы были завезены в результате меновой торговли с эскимосами; однако если сопоставить находки и смутные предания полярных эскимосов о многих воинственных белых людях, которые прибыли в больших гребных судах без мачт, то вряд ли можно полностью отрицать возможность того, что скандинавы действительно посетили эти крайние северные места.

Исследования восточного побережья Гренландии

В противоположность западному, восточное побережье Гренландии из-за наличия дрейфующих льдов осталось в основном неисследованным скандинавами. Имеются указания на то, что они знали местность в окрестностях залива Скорсби, которая, несмотря на северное положение, все же является одной из наиболее доступных частей побережья. Во всяком случае, вероятно, здесь надо искать скандинавское поселение Свальбард, независимо от того, что в более поздние времена это наименование было перенесено на остров Шпицберген. В основном, по-видимому, восточное побережье посещалось лишь людьми, потерпевшими кораблекрушение.

Затем, к концу средневековья, мрак неизвестности распространяется над Гренландией и находящимися там скандинавами. Разыгравшаяся здесь трагедия отражается в кратких дошедших до нас сообщениях о том периоде, которые становятся с течением времени все более скудными. Может показаться непонятным, что со стороны Скандинавии было сделано так мало для того, чтобы поддерживать сообщение. Необходимо все же отметить, что Гренландия никогда не была совсем забыта. Непосредственно вслед за прекращением древних морских походов следует период, во время которого были предприняты безрезультатные попытки исследования Гренландии.

Стимулом для таких исследований являлись дружественные отношения, существовавшие в XV столетии между дворами Дании и Португалии, родины великих географических открытий. Португальский принц Дом Энрике, или, как его называли датчане, Генрих Мореплаватель, согласно дошедшему до нас вымышленному средневековому описанию путешествия, пришел к мысли, что можно найти морской путь, ведущий непосредственно из Норвегии в Китай и Индию. Его двоюродная сестра была замужем за датским королем Эриком Померанским, а Скандинавия в то время считалась носительницей старых традиций морских походов в Гренландию и Винландию. По этой причине принц установил сотрудничество с Данией. Датские дворяне были приглашены вначале к участию в опасных путешествиях вдоль африканского побережья, после чего в самой Дании взялись за подготовку к плаванию на север. Летом 1473 г. Кристьен I снарядил экспедицию, которую можно назвать первой датской полярной экспедицией. В качестве руководителей были назначены два адмирала — Дитрих Пининг и Ханс Потхорст. Навигатором экспедиции, или «штурманом», по-видимому, был скандинав по имени Ион Скольп (Иоханнес Окольвус), в походе принимал участие также португалец Жоао Вас Кортереаль. О самом путешествии известно чрезвычайно мало. Исходным пунктом, по-видимому, являлась Норвегия, экспедиция некоторое время находилась в Исландии, оттуда путь продолжался по направлению к восточному побережью Гренландии, где на горе Видсерк был высечен «компас», то есть знак, который, по всей вероятности, по португальскому образцу должен был обозначать, что страна занята. В своей книге «Карта марина», написанной в 1539 г., и позднее в своих описаниях северных стран шведский архиепископ Олаус Магнус дал рисунок «компаса», который, само собой разумеется, сделан по воображению. По всей вероятности, экспедиция испытала сильные штормы и, возможно, даже потерпела кораблекрушение; известно также, что экспедиция имела схватку с эскимосскими «морскими разбойниками».

Но все же экспедиция была осуществлена, и наибольшим ее достижением было то, что она проникла к западу и к югу от Гренландии и, несомненно, открыла Ньюфаундленд.

Какого-либо практического значения экспедиция не имела. Однако желание вновь овладеть Гренландией не заглохло, хотя все предпринятые в следующем столетии датские экспедиции закончились неудачно. Намеченная архиепископом Эриком Валькендорфом экспедиция была отменена из-за того, что архиепископ поссорился с королем Кристьеном II, а когда король впоследствии сам взял это предприятие в свои руки, то вспыхнуло шведское восстание 1520 г. По окончании беспокойного периода феодальных междоусобиц и реформации, препятствовавших снаряжению экспедиций, возникли другие осложнения. Снаряженные королем Фредериком II экспедиции — одна в 1579 г. под руководством англичанина Олдея и другая в 1581 г. под руководством уроженца Фарерских островов Могенса Хэйнесена — оказались безуспешными, так как они натолкнулись на непроходимую стену дрейфующих льдов у восточного побережья и вынуждены были вернуться без результатов.