Фетишистские трактовки роли денег в современных монетаристских теориях

Кризис кейнсианских теорий денег, как и кейнсианства в целом, отмечавшийся в 70-е годы нынешнего столетия, имеет глубокие политические, социально-экономические и идеологические корни. Он отражает прежде всего кризис сформировавшейся в условиях относительно стабильного экономического развития в 50—60-е годы системы государственно-монополистического регулирования капитализма и резкое обострение на этой основе всей системы неразрешимых антагонистических противоречий капитализма. Глубокий теоретический анализ этих процессов дан в Политическом докладе Центрального Комитета КПСС XXVII съезду Коммунистической партии Советского Союза.

Вступление капитализма в новую полосу экономической и социально-политической дестабилизации нашло выражение в резком замедлении темпов экономического роста, технического перевооружения производства, значительном углублении цикличности развития капиталистической экономики. Циклический кризис 1974—1975 гг. оказался самым глубоким после знаменитой «великой депрессии» 1929—1933 гг. Особенно разрушительным стал кризис 1980—1982 гг. — наиболее продолжительный за весь послевоенный период. Следует отметить и то, что предшествующий этому кризису подъем производства был крайне вялым и весьма непродолжительным.

Растущая неустойчивость капиталистической экономики

Растущая неустойчивость капиталистической экономики

Отражением растущей неустойчивости капиталистической экономики стало органическое сплетение циклических кризисов со структурными долговременными кризисными процессами — сырьевым, энергетическим, валютно-финансовым, экологическим. Структурные кризисы коснулись таких базовых отраслей экономики, как черная металлургия, автомобиле- и судостроение, химическая промышленность, определявших на протяжении длительного периода общие условия развития хозяйственной конъюнктуры. Особенно ощутимым дестабилизирующим фактором стало бурное развитие инфляционных процессов, а также безработицы, принявшей в 70-е — первой половине 80-х годов угрожающие масштабы для буржуазного общества.

Резкое обострение всей совокупности противоречий капитализма имеет глубокую объективную основу. Оно отражает углубление коренного конфликта капиталистического строя — антагонистического противоречия между бурным развитием в условиях научно-технической революции производительных сил общества и капиталистическими производственными отношениями. «Современный капитализм, — подчеркивается в Резолюции XXVII съезда Коммунистической партии Советского Союза по Политическому докладу Центрального Комитета КПСС, — под влиянием и на фоне научно-технической революции делает еще острее конфликт между гигантски выросшими производительными силами и частнособственническим характером общественных отношений». Усиление дестабилизации капиталистической экономики подтверждает глубокую научную правоту марксистско-ленинской теории о том, что система государственно-монополистической экономики в противоположность доводам кейнсианцев не в состоянии устранить данное внутренне присущее капитализму неразрешимое антагонистическое противоречие, что в долгосрочном плане она не сглаживает, а напротив — усиливает разрушительное действие этого конфликта.

Проявлением предпринимаемых на Западе попыток преодолеть обострение внутренних противоречий капитализма в период его вступления в середине 70-х годов в новую полосу глубокой экономической и социально-политической дестабилизации является стремление монополистических кругов к осуществлению на основе монетаристской теоретической платформы перестройки механизма государственно-монополистического регулирования экономики. В этом стремлении отражается общая тенденция приспособления современного капитализма к условиям сужения сферы его господства и углубления общего кризиса.

Специфика концептуального подхода к качественной перестройке механизма государственно-монополистического регулирования основывается прежде всего на учете происшедших после второй мировой войны объективных изменений в структуре частнокапиталистической собственности на средства производства. Если кейнсианская система государственно-монополистического регулирования имела своей непосредственной целью укрепление экономических позиций монополистического капитала и полное его подчинение влиянию всех сфер и структурных звеньев капиталистического воспроизводства, то монетаристская модель исходит из того, что такое подчинение уже произошло, и крупный монополистический капитал, функционирующий ныне главным образом на транснациональной основе, безраздельно господствует в экономике. Это обусловливает объективную необходимость качественной перестройки сложившейся (в основном на национальной основе) системы государственно-монополистического регулирования экономики в направлении ее интернационализации и ликвидации тех звеньев вмешательства буржуазного государства в процесс воспроизводства, которые во многом носят национально ограниченный характер.

Необходимость перестройки механизма функционирования государственно-монополистической экономики обусловливаются также новым этапом научно-технической революции и условиями соревнования двух систем. Она требует максимальной концентрации капитала на осуществлении в кратчайшие сроки рационализации производства, его технического и технологического перевооружения. Речь, по сути, идет о поисках новых ресурсов и возможностей выиграть соревнование с социализмом в этом решающем вопросе. Понятно, что реализация этой стратегической задачи предполагает в первую очередь мобилизацию крупных капитальных ресурсов, осуществление которой немыслимо без активного содействия буржуазного государства.

Наконец, объективная необходимость структурной перестройки механизма государственно-монополистического регулирования, основанного на кейнсианских рецептах, определяется возрастающими в условиях углубления общего кризиса капитала требованиями идеологической защиты системы частного предпринимательства.

Обращает на себя внимание развернувшаяся в буржуазной литературе критика «идеологической уязвимости» кейнсианства, которое, по словам одного из Видных идеологов монополистического капитала Дж. Робинсон, обнаруживает «естественную тенденцию хронической стагнации капиталистической экономики и постоянной безработицы».

Структурная перестройка механизма государственно-монополистического регулирования капиталистической экономики, его приспособление применительно к новым условиям, ликвидация его отдельных звеньев не означает, как это стремятся доказать идеологи монополистического капитала, возврата к рыночной экономике. К такому возврату в условиях углубления общего кризиса капитализма нет объективных оснований. Современный капитализм, несмотря на то что он во многом отличается от того, каким он был в начале и даже в середине XX века, сохраняет свою государственно-монополистическую структуру. Он в состоянии функционировать, только опираясь на данную структуру. Это положение, зафиксированное в Программе КПСС, имеет фундаментальное теоретическое и важное практическое значение.

Свобода рыночного механизма

Под свободой рыночного механизма, о которой так много говорится сегодня в буржуазной пропаганде, фактически подразумевается не свобода частного предпринимательства вообще, а, как справедливо пишет об этом теоретический журнал компартии США, «абсолютная свобода действий для наиболее мощных монополий — верхушки финансового капитала».

Кризис кейнсианства, представлявшего собой по сути либерально-реформистское направление буржуазного экономического мировоззрения, обусловил резкую активизацию буржуазного консерватизма, занявшего в конце 70-х — начале 80-х годов нынешнего столетия ведущие позиции в идеологической системе финансового капитала.

Заметим, что такого рода перестройки экономического мировоззрения буржуазии — явление не новое. Указывая на усиление консервативной волны в буржуазной идеологии и политике в начале XX в., В. И. Ленин в статье «Разногласия в европейском рабочем движении» (декабрь 1910 г.) обращал внимание рабочего класса на необходимость постоянно учитывать изменения в тактике правящих классов». Он подчеркивал, что «буржуазия во всех странах неизбежно вырабатывает две системы управления, два метода борьбы за свои интересы и отстаивания своего господства, причем эти два метода то сменяют друг друга, то переплетаются вместе в различных сочетаниях. Это, во- первых, метод насилия, метод отказа от всяких уступок рабочему движению, метод поддержки всех старых и отживших учреждений, метод непримиримого отрицания реформ. Такова сущность, — продолжая эту мысль, писал В. И. Ленин, — консервативной политики, которая … все больше становится одной из разновидностей общебуржуазной политики. Второй метод — метод «либерализма», шагов в сторону развития политических прав, в сторону реформ, уступок и т. д.». И далее В. И. Ленин делает принципиально важный вывод о том, что «буржуазия переходит от одного метода к другому не по злостному расчету отдельных лиц и не по случайности, а в силу коренной противоречивости ее собственного положения». Соответственно и современная переориентация буржуазного экономического мышления, его переход на позиции крайне правого консерватизма носят вынужденный характер. Она осуществляется именно «в силу коренной противоречивости» положения правящей верхушки буржуазии, отражает кризис этого положения, несостоятельность монополистического капитала сохранить свои господствующие позиции, опираясь на практическое применение прежних либерально-реформистских (кейнсианских) буржуазных концепций экономического развития.

Монетаризм как основа современного консерватизма

монетаризм как основа консерватизма

Теоретической основой современного консерватизма является монетаризм. Оттеснив кейнсианство и превратившись в одно из наиболее влиятельных направлений буржуазной экономической мысли, в США, Англии и ряде других империалистических стран он был возведен в конце 70-х — начале 80-х годов в ранг официальной экономической доктрины, определяющей структуру и содержание государственной политики правящих кругов монополистической буржуазии.

Кредо монетаризма — замена реформистской модели развития, основанной на кейнсианских методах государственно-монополистического регулирования и социального маневрирования, и ориентация на усиление рыночного механизма капиталистической конкуренции, всемерное поощрение частного предпринимательства. Этому призваны служить налоговые и иные льготы капитала, резкое увеличение военных расходов. В связи с этим государство, как писал теоретический журнал компартии США, объявляется «врагом эффективности и предпринимательской инициативы», первопричиной всех экономических болезней». Соответственно делается ставка на сокращение социальных затрат. Предполагается, что единственной сферой государственно-монополистического регулирования экономики может быть лишь сфера денежных отношений. Собственно говоря, этим и определяется само название рассматриваемого течения буржуазной экономической мысли.

Идеи монетаризма как одной из форм неоклассического направления буржуазной экономической мысли зародились еще в 20-е годы текущего столетия. И тем не менее как целостная система экономических взглядов монетаризм сложился в 60-е годы. Как подчеркивается в книге «Современная экономическая мысль», своим «возрождением» монетаризм обязан публикации в 1956 г. книги «Исследования в области количественной теории денег», вышедшей под редакцией одного из наиболее известных американских экономистов, лидера чикагской школы монетаристов М. Фридмена.

Важное значение в становлении монетаризма имела также книга «Денежная история Соединенных Штатов. 1868—1960», написанная М. Фридменом в соавторстве с А. Шварц. Книга вышла в свет в 1963 г. Публикацией этих книг фактически завершилось оформление монетаризма в самостоятельное течение буржуазной экономической теории. Необходимо отметить также опубликованную в 1982 г. работу М. Фридмена и А. Шварц «Монетарные тенденции в Соединенных Штатах и Великобритании», в которой монетаристские идеи, изложенные в двух названных книгах, получили логическое завершение.